head

Справочник по истории Коммунистической партии и Советского Союза 1898 - 1991

menu

Главная страница

Коммунистическая партия

Высшие органы государственной власти

Исполнительные и распорядительные органы государственной власти

Военно-революционные и революционные комитеты

СССР, союзные республики и сопредельные государства

Административно-территориальное деление

Советская Армия и Военно-Морской Флот

Дипломатические представительства

Общественные организации

Награды и награждения

Биографии

Справочные материалы

Документы и статьи

Библиография

Список сокращений

 

Полезные ссылки

 

Авторская страница

Почта

Информеры тиц и пр

Locations of visitors to this page

Документы и статьи 


Из стенограммы заседания Оргбюро ЦК РКП(б) 2 ноября 1923 года.

Прения по докладу А. С. Бубнова о плане работы Агитпропотдела ЦК РКП(б)


             Зиновьев: ...Когда я иду на делегатские собрания какого-либо крупного завода, где будут и беспартийные, я готовлюсь бог знает как, потому что я знаю — меня возьмут в штыки, зададут мне десятки вопросов. А все складывается из этих вопросов, которые обсуждаются в беспартийных массах. Эта задача на мой взгляд сейчас центральная. Это ходячая задача, поскольку она поднимает слабеющий и падающий уровень наших членов партии... Кто не занимался задачами пропаганды и агитации! Если вы возьмете Плеханова, он определяет так, что пропаганда - это много идей небольшому кругу, а агитация - одна идея большому кругу. Только так мы можем подойти - расширив круг работы, и мы должны поставить это на первый план.

             Вторая задача - это то, что т. Сталин назвал воздействием на беспартийных. Ее можно проводить только через первую. Других средств у нас нет. И она должна на первый период иметь главным образом хозяйственную окраску, стороны нашего быта. Пошлите москвича на петроградский завод - и у него ничего не выйдет. Потому что для того, чтобы иметь сейчас успех в этой агитации, нужно иметь знание обстановки завода, заработной платы в данном городе и т.д... Сплошь и рядом члены партии не отдают себе отчета, что такое НЭП. Поэтому необходима постановка агитации среди беспартийных на конкретные хозяйственные рельсы.

             И третья задача - это деревня. Тут мы делаем непростительно мало. Совершенно правильно указал т. Михайлов на учительство в деревне. Мы можем идти туда через учительство, через комсомол и кооперацию. Учительство, когда мы станем его немного кормить, оно станет смотреть на нас более благосклонно. Но через комсомол и кооперацию мы уже теперь можем подойти.

             Ярославский: К тому, что здесь говорилось, добавлю следующее: целый ряд постановлений политбюро не имеет никакого отражения в работе агитационно-пропагандистского отдела. Последние вопросы, которые поставлены, вопросы о Рабочей Группе и Рабочей Правде - ни одной статьи не было ни в «Коммунистической революции», ни в других органах, ни одной статьи не было, чтобы они были посвящены идеологии Богданова. А разговоры идут кругом. Раз это явление приобретает широкое общественное значение по всему фронту, агитпроп проводит линию в этом направлении, и «Коммунистическая революция» должна откликнуться, и «Красная новь» должна откликнуться, а этого нет.

(Дальше не записано)

             Васютин: Слабость агитпропа - это работа пропагандистская. Наша работа может распадаться на три вида. 1) Если возьмем школы, университеты и т.д. - публика молодая, которая не связана с семьей. 2) Школы политкомов более массовые, но они охватывают не более 20% нашей партии. Остальная партийная масса совершенно не охвачена. Бухарин и Зиновьев отмечали вопросы, связанные с этим. И т. Зиновьев заявил, что в смысле обучения на дому, в смысле книжек, которые он мог бы прочесть для этой работы, они представляют из себя ноль. Но сейчас было отмечено, что наши партийные ниже иногда беспартийных. Они чувствуют это и стремятся подтянуться. Работают на дому, читают какие-то книжки. Но если бы они могли нужные книжки получить, это было бы ценнейшей работой для наших низовых членов партии и для наших комсомольцев. Если бы этот вопрос был разрешен и такой руководящий список был, вопрос о литературе крестьянской, для рабочих был бы разрешен, потому что это принудило бы издательский отдел издавать тоненькие книжки, а не толстенные тома «Капитала». Как приходится вести политграмоту. На одном из кружков завода «Прохоровской мануфактуры» нужно вести по большой программе эту школу. Первые два-три урока - экономическая география России, выпущенная московским Комитетом. Вы посмотрите, есть ли там хоть одна книжка, из которой можно подобрать цифровые данные и т.д. Приходится садиться за толстющие тома и выбирать цифры и рисовать диаграммы, потому что никаких диаграмм, никаких карт нет. И при таких условиях школу политграмоты никакой самый опытный учитель вести не может. Вместе с тем любой работник советского учреждения, который работает 12-16 часов, его принуждаю вести школу политграмоты - при таких условиях вы никогда не будете иметь хороших пропагандистов...

             Яковлев: Мне кажется, среди рабочих, наиболее близких к нам, теперь пора поставить вопрос о вербовке в партию. Т. Зиновьев ошибается, что у нас 500 тыс. членов партии. У нас 380 тысяч. Если бы в партии был постоянный состав, то можно было бы сказать, что эти 380 тыс. твердая цифра. Но этого нет. Члены партии уходят, определенные слои. Таким образом у нас было 100 тыс. в Красной армии, но они прошли и исчезли. Зиновьев раз сказал относительно Путиловского завода, где коммунисты ниже по культурному уровню пришедших только теперь на завод рабочих. Это нужно поставить в общем порядке, тем более что осложнившееся положение заставляет нас поставить вопрос о некотором кадре. Нам нужно иметь некоторый запас людей для того, чтобы иметь из чего тратить, потому что возможность известных трат несомненна. И если мы не приобретем некоторого живого запаса, мы можем остаться в очень скверном положении в смысле состава партии. С точки зрения действительно активной мобилизации масс нужна мобилизационная кампания вербовки членов партии, из рабочих главным образом, это несомненно, и с точки зрения работы партийных органов в беспартийных массах это дало бы и такое содержание, которое на всю работу наложило бы отпечаток. Но какого рода работу нужно провести среди крестьян. У нас положение такое, что мы теряем непрерывно. Уже дошло до того минимума, что дальше невозможно идти. И поэтому тот процент рабочих, которым мы щеголяли, что он растет, он получается в результате того, что падает процент крестьян, а не только за счет увеличения процента рабочих. Между тем, с точки зрения увеличения состава крестьян, едва ли это увеличение могло бы изменить лик партии. У них слишком мало способов влиять на партию. А между тем, с точки зрения улучшения курса, это очень важно. Если мы [не] поставим задачу иметь некоторое пополнение из крестьянских элементов, то мы остановимся перед фактом, что наша партия по отношению к крестьянству выступает исключительно в порядке политического и военного принуждения. Насколько это ослабит нашу позицию во время войны, это само собой разумеется. Поэтому, чтобы придать ячейкам новую форму, нужно поставить вопрос о вербовке. Второй вопрос относительно деревенской работы. Т. Сталин вполне правильно задал вопрос, какие основные формы деревенской работы. Но я спросил бы, какие основные постановления о работе в деревне были вынесены и почему Комиссия по работе в деревне ни разу не собиралась и ничего не делала.

(Пропуск)

             Сталин: ...Я хотел бы отметить еще замечание т. Короткова, совершенно правильное, что в нашей агитационной работе нельзя удержаться от крайности по линии экономических вопросов. Действительно, рабочий класс у нас сейчас занят своим материальным состоянием, нужно притянуть экономические вопросы и связать их с политическими. Мы в этом отношении мало делаем, это наша ошибка. Только когда рабочий класс, его передовые слои поймут всю органическую связь между его экономическим состоянием и политикой, только тогда можно [будет] это устранить.

             Дальше я перехожу к замечаниям о том, что наша молодежь партийная находится в положении больше чем затруднительном, потому что нет пособий, дающих необходимые ей знания, для того чтобы они имели возможность сами своими силами подняться выше. В порядке устной агитации и печатной агитации этого не хватает. Такие пособия могли бы сослужить величайшую пользу. Тут нельзя под одну скобку стричь и рабочего и крестьянина, я понимаю, что эти требования зависят от материального состояния данного класса. Факт этот не равняется по данному классу. Мельком тоже т. Васютин отметил затруднительное положение нашей руководящей молодежи, которой приходится быть профессорами и учителями, и агитаторами и пропагандистами. Я думаю, что тоже в порядке устной агитации и пропаганды не удается охватить молодежь. Хорошо если бы агитпроп попытался составить списки, которые можно было бы дать. Много важных замечаний сделал т. Михайлов, я хотел бы их отметить. А о проверке исполнения постановлений - совершенно правильно, это наша общая болезнь; созывают совещания, конференции, постановляют, а оказывается, вынесли решение, которое уже раньше более удачно формулировано. Забыли люди, что есть уже такое постановление, более удачно и целесообразно формулированное. Эта проверка исполнения безусловно очень важна, и вслед за решением нужно поставить вопрос, чтобы решения проводились в жизнь. Также правильно замечание т. Михайлова, что времени мало, чтобы все читать, и что не издается специальной литературы. У нас имеется 200 тыс. кандидатов [кто-то поправляет: 130]. 130 это немало, это целый фронт. Почему об этом слое наших ближайших братьев, которые завтра станут членами партии и имеют огромное значение для нас, мы так мало заботимся. Тогда работа по политическому воспитанию членов партии была бы облегчена вдвое. В некоторой степени верно замечание т. Михайлова об учительстве. Я должен сказать, что скоро оно у нас вырастет в величайшую армию, могущую потрясти любое государство. Если мы эту армию не получим, мы крестьянством никогда не овладеем. Есть, конечно, и другие способы - армия молодежи, но она не может охватить крестьянство по всей территории. Это имеет величайшее будущее. Мы еще по своей бедности не в силах поставить конкретно вопрос о всеобщем обязательном обучении, но когда-нибудь это будет, тогда учительство составит у нас 2-3 миллиона и это будет величайшая армия, за которую надо нам сейчас же взяться. Этот источник, он нами не использован или недостаточно использован. Разве мы не можем создать при агитпропе ЦК аппарат для привлечения красных учителей - конечно можем.

             Дальше, о юных пионерах. Михайлов особенно резко подчеркнул, что это величайшая сила для нас, и, в сущности, мало что делается по этой части. В отношении рабочих клубов. Я думаю, что клубы должны будут стать той ареной, на которой мы должны будем и можем заинтересовать культурные слои рабочего класса, проследить квалификацию рабочего класса и подготовлять их для партии. Если при настоящих условиях, когда каждый хочет иметь свой клуб, у нас не хватает сил, чтобы обслужить все слои, было бы очень хорошо последовать совету Михайлова и укрепить эти клубы, чтобы обслужить достаточные кадры. Если бы при агитпропе ЦК существовал кадр подпольщиков, я полагаю, что эти клубы могли бы обслужить известные кадры рабочих. Тогда весь рабочий класс можно было бы обработать.

             Т. Зиновьев поставил вопрос вечно новый и вечно больной для нас. Не только теперь, в данный момент, в связи с ослаблением культурного состояния рабочего класса, но и до настоящего момента положение было таково, что в 99 случаях уровень наших членов партии стоял ниже культурного уровня рабочих беспартийных, потому что мы стоим у власти, мы владеем учреждениями, для которых мы опустошаем наши организации, откуда мы берем кадры для управления страной. Откуда они берутся - из рабочих главным образом, а где они - у станка стоят. Этот процесс опустошения наших ячеек очень сильно отражается. Рабочий класс малочисленен, он не очень культурен, и каждый рабочий для нас дороже золота. Раньше мы это зло старались не искоренить, а ослабить тем, что сплошь и рядом рабочих, переведенных из других учреждений, приписывали обратно к заводу - и в прежний период и раньше, в плановом. Где же выход? Единственный выход, который т. Яковлев наметил - поднять самодеятельность членов ячеек путем вовлечения их в обсуждение всех вопросов, которые волнуют рабочий класс, добиваться того, чтобы наиболее культурные слои рабочих втягивались в партию для того, чтобы сделать ее более культурой и чтобы ни одна единица не ускользнула от нас, то есть то самое о чем здесь говорили, что нужна разумная кампания по привлечению рабочих.

             Дальше говорил т. Ярославский о борьбе с идеологическими течениями, которые существуют в данный момент. Хорошо, если бы агитпроп мог заняться и выработать конкретный план борьбы, в которую втягивались бы не только т. Бухарин, а целый ряд других, тогда можно было бы сделать что-нибудь. Это все замечания которые я отметил в книжке, замечания абсолютно верные, которые должны найти осуществление.

             Дифференцировать работу, установить разделение труда, эти группы должны быть в агитпропе - о печати, о работе в дереве, об организации и улучшении клубов, и т.д. Все эти группы должны быть у агитпропа как маленький кадр. Без гибкости в работе, без дифференцирования всей работы, без разделения труда и без выделения из массы задач наиболее основных ничего нельзя будет достигнуть.

             Заключительное слово Бубнова. С одной стороны, мне приходится оправдываться от многочисленных нападок, которые шли со стороны т. Сталина, а с другой стороны, мне придется отметить то основное и положительное, что, с моей точки зрения, следует отметить. Прежде всего, относительно этих нападок. Я сказал бы, оценка и то, что я сейчас сказал, не только если бы я докладывал, а на меня нападали, а на самом деле не приходится нападать, я бы сказал, что т. Сталин несправедлив. Чем я мотивирую это положение. А вот чем. Вы здесь указали целый ряд общих задач и целый ряд общих формулировок. Вы сказали относительно клубов. Вы сказали относительно учительства. А я сказал только резолюцию относительно пропаганды и агитации, которая нами уже выработана. Если вы изучите ее так, как я ее изучил, потому что я ее разрабатывал с группой работников из агитпропа, вы сказали бы: здесь нет ни одного положения, которое я не высказал бы...

             Если вы придете к нам днем, вы увидите, какое у нас бесконечное количество людей бывает. И из Наркомпрода, и из Наркоминдел, и т.д., потому что мы связаны со всеми наркоматами. И золотой заем, и продналог - все это связано с нами. Мы работаем чужими руками. Все это можно провести, когда имеются работники, привыкшие к этой работе, иначе мы работать не в состоянии, потому что на нас возлагаются громадные задачи. А вы посылаете нам упреки, что мы растекаемся мыслью по древу. А вы не растекаетесь мыслью по древу? Этот самый главный секретарь Центрального комитета, и он бы ни к чему не годился, если бы вы не растекались. И это понятно. Потому что если Учстат должен влезть во все поры советского аппарата, то Агитпроп нужно было бы гнать в шею, и если бы он не пытался охватить все, что возможно.

             Я считаю своим долгом сказать, что нельзя таким образом возражать, потому что в этой области у нас есть не только консерватизм, но самое низкопробное ретроградство. И нам приходится их тянуть за хвост. Тут такая же область дипломатии, как и в культурно-просветительной работе и т.д. Затем надо отметить, что у консерваторов есть здоровое, потому что они знают, что нельзя эти планы провести сегодня, это основное и главное. Последнее замечание, которое я хотел бы сделать в плоскости этих упреков, которые мне делали т. Сталин и некоторые другие. Если вы предъявляете мне требование дать отчет, я вам отчет такой в 45 минут сделать не могу. Потому что, если бы вы были здесь раньше, две недели тому назад, когда К.А. Попов делал исчерпывающий доклад о коммунистическом просвещении, это все могут подтвердить. Я вам доложил об этом в полной мере. То же самое о работе в деревне. Например, сейчас. Яковлев в понедельник будет делать доклад о печати. Мы этот доклад уже проработали. Он будет частью отчетным, а частью плановым. Моего отчета не было, поскольку он мне нужен для планов, для перспектив и т.д. Я говорил, что мне нужно поставить доклад о... Мы также подробно дали бы вам материалы и нужно отчитаться в этом материале. Отчетного характера своему докладу я не придавал. Почему? Потому что не мог.

              Сталин: Если учета практики не имеется, откуда директивы давать?

             Бубнов: Я утверждаю, что этот упрек, что мы отчета дать не можем, это неправильно. Когда нам ставят вопрос о печати, мы сделаем отчет, мы дадим отчет и получим директивы.

             Сталин: Я предлагаю избрать комиссию, дать ей недельный срок для выработки конкретных предложений, конкретных решений и вынести на заседание. (Избираются 11 человек). Созыв за т. Бубновым. Принимается.

            Директивы мы можем дать на основах практической работы. Я предлагаю, чтобы Бубнов представил отчет о практической работе. Учет практического опыта на этой основе. Я иначе не представляю, и думаю, что Учраспред также должен. Директивы - на учете, анализе опыта.

             Доклад т. Кагановича переносится на понедельник.

             Заседание закрывается.

 


Печатается по: Рождение партийной номенклатуры (публикацию подготовил М. В. Зеленов), «Вопросы истории», 2005, № 2

copyright

knowbysight.info © 2005-2017